Для тех, кто в Сибири родился и живет здесь, это Родина, дороже и ближе которой на свете нет, нуждающаяся как и всякая родина в любви и защите. Нуждающаяся в защите может быть больше, чем любая другая страна, потому что тут пока есть что защищать.

И то, что пугает в Сибири других, для нас не только привычно, но и необходимо. Нам легче дышится, если зимой мороз, а не капель. Мы ощущаем покой, а не страх перед просторами дикой тайги. Немереные просторы и могучие реки сформировали нашу вольную и норовистую душу.

Из какой ткани выткана эта необыкновенно добрая, чистая, как таежный родник, душа – порой по-детски наивная и доверчивая, а порой кремниевая, не уступчивая и дерзкая? Может это унаследовано от далеких-далеких древних предков, выживающих на широких сибирских просторах, или от казака-первопроходца Ермака и его корифеев-сотоварищей?

Несмотря на мешанину, сибиряк стоит обособленно, являя собой некую особую национальность. Это не призыв, который говорит, что мы должны быть как-то по-особенному зазнательны. Это говорит о том, что мы, впитав это все в себя, понимаем, что здесь в Сибири мы несем все перспективы, весь потенциал своих предков, традиции.

Я должен сказать, что только здоровое, зажиточное, трудоспособное население может сделать Сибирь и ту гущу населенной части РФ, что за ее пределами, достойными для жизни!»